Колчанов.ru
RussianEnglish
Блог Главная статья   |   О блоге   |   Обо мне   |   О тебе, читатель   |   Советский народ   |   Список статей   |   Ссылки   |   Контакт   |   RSS  Лента RSS [Feedburner]

07.05.2017

последняя правка 12.05.2017

Людоедство - это нехорошо что ли?

«Если бы все были богаты, то все были бы бедны.»

Марк Твен

Помнится, обещал как-то – взяться, начать на умозаключениях экономить. Предлагать вопросы – и на том останавливаться, – побуждать читателя над вопросами задумываться. Пока не удаётся, – блог пишу и для себя тоже, – наверное прежде всего для себя: мысли свои надо упорядочивать вокруг чего-то, вокруг блога... А это выливается в тексты – в умозаключения... Но вот как раз тот случай, когда хочется сделать так, – на вопросе – остановиться – поставив знак вопроса.

Вот рассуждения историка Бориса Юлина о богатстве.

Слушаем:

«Часто у людей возникает вопрос: ну куда им столько богатства, зачем им столько денег, они же не унесут их на тот свет. Они же это не могут ни проесть, ни потратить. <...>

Богатство это не просто сумма денег, это когда человек может за имеющиеся у него деньги заставить других людей делать то, чего они не хотят делать, то, что им неприятно делать. То есть он может принудить людей – угнетать других людей, – с помощью своих денег. Иногда даже не напрямую, давая им деньги, – а через дачу денег третьим лицам [которые способны убить или заставить]. <...>

Богатство это именно разность потенциалов. И богатство реализуется только тогда, когда оно даёт власть над другими людьми, то есть когда вокруг есть много бедных. То есть богатых без бедных существовать не может в принципе. Если нет бедных, нету и богатых. Все могут жить в достатке, но все в богатстве жить не могут. <...>

Если разница между людьми в стране <...> большая, колоссальная, между бедными и богатыми, и она продолжает всё нарастать, то в этом случае власть богатства тоже возрастает. <...>

Богатый человек, безумно богатый, очень богатый, – обладает по сути безграничной властью. И эта власть настолько мощна, что позволяет заниматься по сути людоедством, – то есть разбирать на органы живых людей, бросать одних людей убивать других людей, вызывать войны и конфликты.

То есть богатство это власть. Чем больше богатства (не количества денег, а разницы между бедными и богатыми), – тем больше эта власть – безгранично больше – даёт и возможностей. <...>

И вот ради этого богатства люди богатые всегда своё богатство приумножают. Потому что эта разность потенциалов даёт им власть и в своём кругу <...>, и над бо́льшими территориями, бо́льшим количеством людей, и эта власть более полная. Потому люди, которые хапают богатство под себя, они никогда не будут останавливаться, они будут дальше наращивать богатство. Потому что рост богатства это рост власти. Они будут дальше грести под себя капиталы. <...>

Поэтому фразы типа того, что давайте оставим у власти вот этого, он уже наворовался, – нет, не наворовался. Потому что он не ворует, он приумножает богатство, деньги идут к деньгам. И эти деньги дают власть в том числе и над всеми вами. <...>

Те люди, которые за деньги готовы сделать любую грязную работу, являются главной опорой богатых, обеспечивают эту самую их власть. Вот это и есть суть богатства. <...>

Богатых без бедных не бывает.»

Борис Юлин говорит без эмоций, явных оценок не даёт. Однако по-моему цепочка выстраивается: богатство, большое богатство – неотделимо от людоедства, и потому это нехорошо. Мне одному так показалось? Вывод вроде такой... Мы ведь привыкли относиться к людоедству как к чему-то неприемлемому... Нет?

Итак, людоедство – здесь ключевое слово, полагаю.

Вот о чём я хотел спросить в этой связи. А правда, людоедство это нехорошо что ли? Если так, то стремление к богатству как реализация стремления к власти – как род людоедства – должно быть осуждаемо (и тогда, выходит, идеалы наши обязаны быть коммунистическими, никуда не деться). Если нет – то нет (и тогда антикоммунизм тоже сгодится).

Да нет, что вы, вы не подумайте ничего такого, пропагандировать здесь людоедство я не намерен. Нет, просто, хочется же выяснить, это наше отношение к данному феномену – оно "объективно" правильное всё-таки – или всего-лишь внушено нам с детства? Были же племена, для которых людоедство было нормой, были. Соглашаясь с Юлиным, мы считаем людоедство делом гнусным. Так вот, это утверждение, оно в каком статусе находится: это истина – что оно гнусное, – или всё условно, – просто нас так воспитали, с детства это нам внушили?

Как раз из рассуждения Юлина напрашивается, скорее, вывод второй. Ведь богатые люди – очень богатые – явно воспитывают детей иначе, с детства приучают к обратному. Людоедство как раз для них норма. Выходит, дело лишь в воспитании? На чьей же стороне правда, а?

Таков вопрос. Чур, на аргументы религий и морали не ссылаться! Заметьте, я не просто спрашиваю вашего мнения, но хочу знать о причинах вашей убеждённости – как вы её себе объясняете, как обосновываете?

Ну и добавлю несколько пояснений-замечаний, – возможно, кому-то они пригодятся. Можете соглашаться с ними или нет, дело хозяйское, вопрос остаётся вопросом.


О преимуществах и недостатках коммунизма и капитализма как хозяйственных укладов можно спорить долго – и спорят долго, если не бесконечно (тем более, что такими как положено системы бывают лишь в учебниках, да и учебники меж собой разнятся). Однако те, кто в итоге делают выбор в пользу того или другого – заявляя себя приверженцами коммунизма либо антикоммунизма, – делают выбор они всё-таки исходя из других соображений, не экономических, – даже не исторических. А из гастрономических, грубо говоря, предпочтений: считаю ли я себя вправе отобедать ближним. Именно, либо я готов поедать (в буквальном или переносном смысле) других людей, в силу моего такого хотения – или, пусть, в угоду его величеству прогрессу. Либо я этого делать не стану ни при каком условии: я сознаю в другом человеке невыразимую ценность – алогичную, бездоказательную (внимание, чего я требую – отчётливо это видеть, эту алогичность). – Эксплуатировать его в угоду себе, пользоваться им как умной вещью, либо резать его на органы считаю неправильным, невозможным... Считаю ли я, что государство должно обслуживать интересы класса людоедов – либо наоборот, по возможности подавлять их прихоти. (Насчёт реалистичности данного проекта – вопрос не обсуждаем, это вопрос другой. Реалистичность, собственно, и зависит от "критической массы" людей придерживающихся той или иной позиции, не так ли?)

Коммунистам тоже, бывало, приходилось жертвовать людьми, немало, знаете сами. Но в чём разница: не для удоветворения личной похоти всё-таки, в том разница, она принципиальна.

Даже прогресс у них не представал безликим молохом – но был направлен к победе человечности – над этим самым молохом, над "отчуждением".


Антикоммунист может сознавать тоже ценность личности и её свободы... – по крайней мере своей свободы. (Он также ценит свободу предпринимательства и рынка.) Но свою свободу он ставит выше чужой жизни. Всё бы ничего – если не принимать во внимание, что в это самое время к его жизни тоже, возможно, кто-то приценивается...

А если вспомнить, что понятие свободы из нашей картины мира тоже изгнано (вместо него – случайность), – тогда что, собственно, "личности" – тебе лично – отстаивать? То, чего нет? Да и что, собственно, такое – личность?


Давайте ещё поясню. Как мы привыкли уже думать, люди – это биороботы, по сути своей, – механизмы, пусть не из металла и пластика, из других материалов, дела не меняет. Согласны? Или, пусть, разумные животные, приматы, – хотя в чём, собственно, отличие? Ну так и что, спросим, почему тогда людоедство должно быть осуждаемо? Кушать или не кушать себе подобных – в животном мире дело инстинкта. А если, считаем, мы роботы, то и вовсе вопрос ни о чём. Какая такая ценность заключена в роботе, чтобы его жалеть?! Да никакой же абсолютно! Даже слово-то "жалеть" к нему лишь условно применимо.

И почему бы не разобрать робота на детали – раз кто-то захотел их купить?


Я сопоставил, кстати, рассуждения Юлина с другими – Валентина Катасонова. Тот говорит о неуёмном стремлении властной элиты к богатству, оценивая дело по-другому: вовсе не как о норме, но как о психическом заболевании. Подчеркну, говорит он не в переносном смысле, а в самом прямом, – о клептомании, и – на этой почве – о шизофреническом раздвоении личности. Ну а что, внутренняя экономическая политика у нас – явно безумная. Буквально сказано следующее: «У меня возникает сильное подозрение в такой, я бы сказал, интеллектуально-психологической адекватности наших руководителей.»

Страсть к людоедству даром всё-таки не проходит, похоже, а?


Шизофрения власти обретает иногда причудливые формы. Даже своё людоедство они пытаются оправдывать – по советской привычке – неустанной заботой о людях. Ну а как же, это же всё бывшие "наши люди"! Во как: с благой целью повысить зарплату медработникам – во исполнение "майских указов" президента – производятся радикальные сокращения числа больниц и увольнения медработников. А под повышением "активного долголетия" понимается – что бы вы думали?! Отмена и сокращение пенсий, повышение пенсионного возраста. Кого они хотят обмануть, себя? Очень забавно.

Дополнение 09.05.2017:

«Привет, Андрей! С праздником тебя.

Стремление к богатству и власти есть нечто иное, как стремление к доминированию, которое, в свою очередь, является биологическим по своей сути, а значит и неустранимым, так что про коммунизм забудь. Наращивай лучше богатство! Либо знания! А лучше и то и другое!»

Хороший совет, – ты в курсе, так и стараюсь поступать. Правила выживания при капитализме, помыкавшись, я усвоил. :)

Что человеку свойственно доминировать – про это помню, про Савельева помню, он много об этом, убедительно высказывался. Но даже он считает доминирование чисто обезьяньим качеством, – без особых похвал.

Главное что, в статье поставлен вопрос, статья написана ради вопроса, – и вопрос-то ты проигнорировал.

Этот вопрос – не о том, реалистичен коммунистический проект или нет, речь вообще-то не о нём. О нём лишь в примечаниях, пропусти их.

Ну и с праздником, конечно!

Дополнение 12.05.2017:

Маркс, напомню, объяснял различия в привычках, в поведении рабочего и буржуя образом их жизни, различиями в нём, ну и кругом общения: человек ни хорош – ни плох, ни добр – ни зол, – а "совокупность общественных отношений". Иными словами, причина – в обретённом "классовом инстинкте", – а нравственности безусловной, бесклассовой не бывает, "всё относительно". Вывод оптимизма не вселяет, есть к чему придраться. К примеру, революция, победа рабочего класса кардинально меняет образ жизни рабочего класса. Как результат, сознание рабочего меняется – и не всегда однозначно к лучшему, рабочий разнеживается, обрастает имуществом, классовая солидарность исчезает. "Один за всех, все за одного" – принцип работать перестаёт, ну и так далее, сами знаете...

Впрочем, это всё досужие рассуждения, отвлекаться не будем. Заметили ли вы, вопрос я ставлю не об этом. Я ведь не спрашиваю о том, каким образом нравственность возникает, – но о другой истине: может ли один человек по своему желанию лишить другого жизни, допустимо ли, правильно ли, – раскурочить того на запчасти из желания заработать, либо даже по нужде, – либо нельзя. Ну как ещё.... Это вопрос Раскольникова из "Преступления и наказания". Вот о чём спрашиваю – как человек обязан поступать – будучи человеком, – а не о том, как ему свойственно поступать и при каких условиях. Как свойственно – дело десятое...

И спрашиваю, повторю, не вашего мнения – само по себе оно ничего не значит, – а то, на чём мнение основано.

По той же причине прошу не ссылаться на альтруистические инстинкты – генетического происхождения – биологического, эволюционного, – заставляющие заботиться о других, делиться пищей (Савельев о лобных долях мозга). Давайте не будем в миллионный раз говорить и про социальную необходимость – что поступать по-доброму полезно для общества. Ерунда. Убеждённости, созданные идеологиями, сильнее врождённого биологического альтруизма (вспомните, что вы знаете про фашизм), и тем более – сильнее рассудочных увещеваний о пользе для общества. Кто ищет свою частную выгоду прежде всего, того не убедите. Вот, опять сбились, повторю – спрашиваю не об этом. Не о том, откуда берутся добрые люди, или как убедить людей быть добрыми, – о другом: можно или нельзя – правильно или нет – добиваться удобств в жизни для себя, лишая жизни других – или, пусть, лишая их средств к существованию (не то же самое?).

Начнём с того, вопрос-то вообще имеет смысл? Правильно поставлен, а?

Вопрос, похоже, не исследовательский, не в рамках науки – в отличие от вопроса о происхождении нравственности. А тогда, значит, вопрос ни о чём? Как полагаете?


Как вообще так случилось, что вопросы эти оказались перепутанными?! Именно – вопрос о том, должен ли по-доброму поступать человек – и вопрос о том, как принудить (что принуждает) его поступать по-доброму? Вопросы очевидно разные, но вот фокус, последние 100-150 лет почти никто не замечает меж ними разницы!

Как? Да так! Попросту, "бог же умер". Вернее сказать, в качестве "бога" умерла истина – применительная к человеческому существованию, вернее, всякая возможность подобной истины. Что значит, умер вопрос о человеческом бытии: что есть человек, – это считается в принципе ясным. Если человек – биоробот, вопрос, как он должен поступать – вопрос технический: человека надо умело запрограммировать – и всё.

Даже оглядываясь назад, мы не в силах увидеть разницу. Былой бог также представляется нам в виде чиновника, раздумывающего над способом заставить человека подчиняться (дерево добра и зла, изгнание из рая) – судящего не по истине, а по своему произволу. Грехи обнулились.

Итак, вы согласны, нет? Хотелось бы, чтобы вы не просто протестовали, но привели хоть один аргумент – не ссылаясь на религии!

список
обновления