Колчанов.ru
RussianEnglish
Блог Главная статья   |   О блоге   |   Обо мне   |   О тебе, читатель   |   Советский народ   |   Список статей   |   Ссылки   |   Контакт   |   RSS  Лента RSS [Feedburner]

14.12.2013

последняя правка 17.12.2013

Что означает слово "существовать"?

После прошлого семинара только сейчас, наконец, собрался написать компендиум. Постараюсь оставаться по возможности ближе к ходу самого семинара, – впрочем, много пропускаю – чтобы вернуться к этому как-нибудь в другой раз.

К определению понятия религии. – Можно ли всё-таки увязать его с понятием сверхъестественного?

Если мы определяем естественное – как относящееся к сфере ведения науки, то получается, сверхъестественное – то, что выпадает за ее пределы, "ненаучное"? Но в таком случае, не оказывается ли там и многое другое, – художественная литература, театральное действо, или живопись, – всё это тоже не наука.

"Ненаучное" ученый склонен толковать как не-достигшее правильного выражения, убогое, – порицаемое. К понятию сверхъестественного прибегает теология для толкования физических явлений. – С этой точки зрения теология есть "уродливая наука". На искусство ученый, кстати, склонен смотреть примерно под тем же углом, – так оно оказывается в одной упряжке с теологией?

Но взглянем на них с точки зрения "функционала": в обществе играет свою роль и искусство, – и, возможно, даже религия. Наука их вполне не заменит, – а значит порицать их она не имеет права...

В вышеприведенных рассуждениях надо разобраться с двумя моментами:

  • Выяснить соотношение между сверхъестественным – и относящимся к сфере искусства.
  • Уточнить, в какой степени функциональная точка зрения способна религию определять, конституировать или оправдывать.

"Я мыслю – значит существую"

Казалось бы, границу между "сверхъестественным" – и образами искусства провести несложно: Бог для верующего человека – "реально существующий", а художественные образы и персонажи кинокартин – всё-таки "придуманные", без сомнения. Хотя сверхъестественное (божественное) и не "схватывается" наукой, за пределы "естественного" выходит, – но по крайней мере хоть для кого-то оно обладает истинным бытием, – в том и заключена "вера", кстати.

Однако, разве литература, кино или живопись не говорит нам тоже о чем-то "реальном"? В противном случае, были бы они интересны? Имеет место, конечно, "искусство для искусства", намеренно сторонящееся всякой привязки к реальности, – но ведь и оно способно трогать какие-то струны нашей души, – значит, это не просто игра звуков, цветов и форм...

По-видимому прежде надо разобраться с понятием существования, – "реального существования". Займемся этим.


"Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить", – о каком существовании идет здесь речь? О том ли самом говорит верующий человек, говоря о Боге как о Живом?

Память о войне – воспоминания о погибших – означает ли их нам соприсутствие? Могло бы означать – но для этого пришлось бы по-видимому порвать с физико-математической картиной мира – разворачивающейся в тотально оцифрованном пространстве-времени. Это не праздный вопрос: является ли хранение памяти священным – или "священный огонь" священным, – либо тут ничего кроме "психологии"? Как мы относимся к этому на самом деле? Раз мы не дети, надо отдавать себе отчёт...


Соотношение между человеком и физическим объектом, процессом, явлением. Если я рассказал вам о физическом явлении – подходящим языком, – я передал "суть явления". Это означает – есть возможность явление воспроизвести. Если я рассказал вам о каком-то человеке – позволяет ли это вам его воспроизвести? Воскресить мертвого, например?


Когда мы говорим:
Я существую.
Вот этот компьютер существует.
Вот эта иконка на рабочем столе Windows существует.
Число 5 существует.
Электрон существует.
Луна существует.
Галактика существует.
Вот этот булыжник существует.
Наука существует.
– всё ли об одном и том же мы говорим?
Всегда ли под словом "существование" понимается одно и то же?

Иконка – не существует ли потому только, что я её вижу, – собираю её в своём сознании? Компьютер или, скажем, степлер – не существуют ли (в качестве компьютера или степлера) лишь потому, что я ими пользуюсь – по их "назначению", – мной же определенному. Или определенному другим человеком, для меня. – Тем, кто их придумал, изготовил.

Число 5 – существует, поскольку оно в моём воображении... Однако, нарисованный телефон (или даже его схема) – ещё не есть действующий телефон, – в отличие от числа (где идея совпадает с бытием). Значит, "существование" его иное, чем у числа.

Мое существование обусловливает существование идей или вещей. Но тогда под "Я существую" – должно разуметься ведь снова что-то совсем другое – чем под "существованием" иконки, компьютера, степлера, или цифры? А под существованием другого человека – что? – скажем собеседника, вот вас?


Далее, – что понимается верущим человеком под "существованием Бога"? Надо ли понимать это подобно существованию идеи, образа или числа, – того, что "в моем сознании"? Ведь общение с ним происходит, как говорят, нефизическим образом? Либо слово "существование" прилагается к Богу аналогично как к степлеру? Обусловлено ли существование Бога, для верующего человека, нашим процессом его "наблюдения" – как для степлера? Человек обусловливает Бога – либо Бог человека?

Превращение религии в религиозную идеологию, – а затем просто в идеологию, – означает именно это: перемену мест, – превращение Бога в умо-зрительный принцип, в идею, – в подобие числа или вещи, – имеющих схватываемую "суть" и назначение, например нравственное.


У Декарта "Я мыслю – значит существую" – описывает способ существования, человеческого бытия – как определяющего – но не определяемого (кем-либо или чем-либо, кроме самого "Я"): Я вижу иконку, я себя сознаю – значит существую.

Но что тогда насчет "искусственного интеллекта"?

Что насчет растений и животных – "братьев наших меньших"? – В каком качестве мы их "берём": как сотовый телефон = обладающий определенным назначением и структурой? В таком случае, любовь к ним – неуместна?

Если самосознание человека неотделимо от языка – а язык от человечества, по крайней мере неотделим от народа (ведь языком я пользуюсь не один – и именно пользование языком делает меня человеком), – то правильно ли даже мысленно отделять себя от народа? Может быть, реальным "субъектом" являюсь не я вовсе, а именно народ? – Народ существует, – а потом уж я... [*1]


Упускание Бытия заключено в смешивании, приравнивании понятий "существую": в приложении к числу, вещи, человеку, даже к иконке на "рабочем столе". Всё виртуализуется: человек определяет своим существованием всё прочее, – а затем сам превращается в молекулы и атомы. – Превращается посредством научного самонабюдения, "умо-зрения", – или просто физической смерти.

Мы привыкли и к людям, и к себе, относиться с точки зрения их структуры (медицина, физика) – и функционала, эффективности, – успешности, полезности.

И даже к Богу, – теперь уже и религиозные люди определяют его с точки зрения функционала: "назначение" Бога в том, чтобы контролировать исполнение заповедей. – Научно-техническая картина мира складывается прежде "религиозной", рядом с религиозной, – и является для второй неотъемлемым фоном [*2]. – Что меняет само понимание религии – его формирует.

"Что нам стоит дом построить? Нарисуем, будем жить."

Теперь ко второму вопросу: способен ли подход с точки зрения функционала, полезности, религию определять, конституировать или оправдывать.

Мы выяснили выше происхождение данного подхода: происхождение его претензий на всеобщность. Разве столь уж он далек от научного подхода, структурного, – который он хочет ограничить? Упускание Бытия, прежде всего человеческого бытия, – в том и другом.

Известно, что академик Павлов ходил в храм. Как утверждают современнники, ходил не потому, что верил – а чтобы храм не закрывали. – Потому что хотел сохранить храм для верующих, смотрел на религию функционально. – Как многие "христиане" и теперь. Но когда функционал есть, а реальности за ним уже никто не видит – рано или поздно, когда это открывается, функционал уже ничто не спасет!

Из тезисов, прозвучавших на семинаре: "Церковь, религия – определенный общественный институт, созданный для того, чтобы воспитать систему ценностей". Это определение с точки зрения функционала. Но даже телефон не определяется вполне с точки зрения функционала. Существует еще структура, устройство. Функционал – это пожелание: "как было бы хорошо, если бы мы могли общаться на расстоянии". Но если бы не было физических принципов, которые позволили бы телефону состояться – он так и остался бы в области фантастического, области пожеланий.

Так и церковь – мало "общественной функции". Есть то, благодаря чему она эту функцию может исполнять – или нет. Избежать вопроса о том, есть ли "за религией" всё-таки нечто, кроме "функции", – не удастся!

Религию – достаточно ли трактовать лишь как социальный институт, – внешне? Как насчет того, чтобы заглянуть внутрь, – или, лучше, – чтобы присмотреться изнутри. Как с точки зрения отображаемой религией "реальности" (или её "куска реальности")? За наукой же мы признаем не только полезность, её социальную функцию? Если правды за учреждениями науки, её словами видеть перестанут, если она эту правду перестанет утверждать и доказывать, – сохранится ли наука?

Кстати, снова напомню, – рассуждая о религии, нельзя упускать из виду предмет – с которого легко "соскользнуть": не говорим ли мы именно о "религиозной идеологии", сформировавшейся относительно недавно (одно-два столетия назад) как раз на фоне науки и благодаря ей?

[*1]
Кстати, сравните: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Гдя "Я" – это Логос, по-нашему – Язык, Слово, по крайней мере таков один из смыслов. А "собранные" образуют Церковь = Народ Божий, – или Тело Логоса = Языка. Таково определение "соборности".
[*2]
Для проникновения её в вашу голову необязательно быть ученым или иметь о науке представление. – Достаточно пользоваться техникой – быть к ней "пристыкованным" плотно, – как всякий современный человек.
список
обновления