Колчанов.ru
RussianEnglish
Блог Главная статья   |   О блоге   |   Обо мне   |   О тебе, читатель   |   Советский народ   |   Список статей   |   Ссылки   |   Контакт   |   RSS  Лента RSS [Feedburner]

02.07.2011

последняя правка 17.08.2012

Не напрасно погиб?

Продолжаем тему о понятии Бога-личности (о "Боге Сыне"), – тема по виду вроде как богословская, но по сути онтологическая (напомню, богословием мы здесь не занимаемся). – О том, как определяет себя человек, в каком качестве он "существует", в каком "пространстве" себя ищет. – В какой мере человек может знать ответы на конечные вопросы, – на что он может надеяться, – и в своих действиях опираться.

Максим >  «Принципиальный пункт, в котором мы расходимся, пожалуй, только один. "Ты видишь, что со своим вопросом – о смысле твоей жизни и смерти – ты можешь обратиться к одной единственной личности – к вочеловечившемуся Богу, – умершему как человек – и воскресшему. – В любом ином случае твой вопрос не значил бы ровным счетом ничего" – это понятно и правильно. Но есть ведь и ещё один путь. Осознав свою смертность и приняв (почувствовав) наличие божественной вертикали, можно обойтись без бога-спасителя. Сам по себе факт наличия смысла уже достаточен, чтобы жить. Не обязательно до конца понимать этот смысл. Командир отдал приказ атаковать высоту такую-то, рядовой поднялся в атаку и был убит первой пулей. Он не понимал, зачем нужно взять эту высоту, он просто верил командиру. Но он же не напрасно погиб?! Только в связи с огромным различием масштабов мне больше нравится метафора "воин – бог и патрон (пуля) – человек". Возможно, здесь и нет никакого противоречия с вашим текстами, но мне показалось, что этот частный случай не рассматривается.»

  • Да, осознание человеком смертности – своей собственной, и всякого другого человека – пожалуй, способно отвратить человека от многих "прелестей" этого мира – и вернуть его к себе.
  • Да, пожалуй оно подводит его к естественному нравственному выбору – через отказ от желаний, не прошедших проверки на истинность (скажем, тщеславия) и со-чувствие другому человеку – разделяющему с тобой смертность.
  • Да, пожалуй оно приводит к осознанию "Божественной вертикали" – признания над собой наличия того, что превышает тебя – возвышается над твоими нуждами, радостями, горестями и желаниями, – что заставляет себя превозмогать = тянуться к нему = "духовно жить" = "становиться" = становиться иным. – И раз мы на этом сходимся, то мы оба признаем возможность (для человека) некого "общения" с Богом – или, вернее сказать, вопрошания и приближения к Истине, – хоть и не ее полного осознания или достижения, – а как конечного к бесконечности.

Мы "чувствуем" – должен наличествовать смысл человеческой жизни (за пределами этой жизни), – хоть мы и не можем его по сути познать. Мы признаем над собой "нравственный закон". И разве этого мало?

Может это и "путь", может оно и достаточно (достаточно для чего?), но нас ведь интересует истина, так? Если мы отталкиваемся от "проблемы смерти" – то надо полагать, мы всерьез принимаем то, что нечто в действительности умирает – это что? о чем здесь речь? Если смерть мы принимаем всерьез = приписываем ей онтологический статус, – то и к тому, что является здесь умирающим, то есть к человеку, мы должны относиться подобным же образом. Задаваясь вопросом о человеческой смерти, мы вынуждены и всякого человека рассматривать в качестве реальности (а не только видимости) – он должен обладать онтологическим статусом. Это означает, во всяком случае, что наша "картина мира" не сводится лишь к физическому представлению о мире.

Иными словами, принимаю я все-таки свое существование всерьез – или нет? Если нет – тогда и вопросов от себя, относительно своей смертности, мне задавать по-любому не следует, глупо как-то :) Если да – тогда нельзя избежать того, что "я" – это не только то, что "становится", но и то, что "существует".

Вернемся к тому, о чем говорилось выше, "вопрошанию" = "общению с Богом", – общением, конечно, его можно назвать с большой натяжкой: ведь пока-что никакого личного Бога, который бы что-то говорил лично тебе (и тебя в твоих просьбах слышал), здесь не подразумевается. Есть некая Истина – возвышающаяся над тобой, и бесконечно от тебя далекая, к которой ты можешь тянуться, приближаться, все-таки оставаясь от нее страшно далеким... Говоря языком естественных наук, всякая истина, которой ты можешь обладать в любой данный момент времени – это истина приближенная, – причем бесконечно далекая от настоящей! иными словами, это бесконечное заблуждение! Получается, ты бесконечно неправ во всякой своей правде! Ты – само ходячее заблуждение, недо-разумение, не-истина, тебя попросту нет! и всякое твое действие будет подтверждать это – оно будет "не туда" и "ни о чем"! Вообще-бы тогда тебе лучше даже и не рыпаться, да и не жить. Или – если ты все-таки есть – мы должны искать, где мы здесь неправы – и менять свою онтологию мира!

Сравним с наукой – там аналогичная ситуация неполноты истины, – но, в отличие от прогресса наук, жизнь человека ограничена. Да и не может ни один человек вместить всевозрастающей полноты истины, ума не хватит, – так же как это не силах сделать не один ученый. Наука решает проблему всевозрастающей специализацией, делением на предметные области – и превращением ученого в шестеренку, деталь в механизме, элемент в иерархии. Но может ли себе позволить человек – не как ученый, а сам по себе – роль шестеренки, – отказа от целостного (онтологического) существования? – в частности, от целостной "картины мира"? И если даже может (это ведь вопрос выбора) – не является ли это самообманом, "сокрытием от самого себя", бегством от себя?

Предполагать, что "я" (или "ты") все-таки есть, заставляют две вещи:

1) Задаваясь вопросом об истине и своих целях, я не могу миновать того, чтобы не принять в рассмотрение своей личной смерти – таким образом она (смерть) обретает онтологический статус – и я сам вместе с ней, и всякое мое действие (деятельность).

2) Вопросы о том, что я могу знать, непосредственно связаны с вопросами, что лично я могу и должен делать. А раз всякое мое знание оказывается далеким от правды, от предельных смыслов – то получается, я скован по рукам и ногам: любое мое действие лишено смысла – и я снова теряю свой онтологический статус (полученный только что в пункте 1).

Так вот, если я хочу этого избежать, мне придется признать возможность не только указанного выше "асимптотического" приближения к (смысложизненной) истине, но и некого "интуитивного" уже обладания ею – во всякий момент моей жизни (вернее, способности к ее "стяжанию") – что и ощущается религиозным человеком как возможность личного диалога с Богом (как с другой личностью). Повторяю, это не психология, а онтология: ты можешь обратиться к Богу с вопросом, проблемой – и он может дать тебе ответ, – к тебе "изнутри тебя" придет решение. Такое вопрошание непросто, оно требует предельной настойчивости – "онтологического мужества" (очень трудно поверить в свою реальность – и в то, что Богу лично до тебя может быть дело).

Есть множество людей, даже считающих себя религиозными, – и все-таки эту возможность не то чтобы отрицающими, но не принимающими для себя всерьез... На самом деле, она требует определенной "силы духа". Отворачиваясь от заморочек и страстей "этого мира", они обнаруживают несказанную, ну обалденную просто свободу. Но вслед за этим они встречаются с пустотой – время их жизни оказывается дурной, глупейшей длительностью, Бог молчит – и они не знают, на что им направить свои усилия.

Максим, вы также исключаете возможность для человека (или для себя лично?) личного диалога с Богом – но, в отличие от них, возможность действия (присутстствия в нем какого-то смысла) все-таки оставляете... Как сказано выше, в этом утверждении есть онтологическое противоречие. B все-таки давайте попытаемся исследовать дело с вашей (более практической) точки зрения, – насколько далеко мы сможем продвинуться в этой логике?

Что значит "не напрасно погиб"? – не напрасно с точки зрения чего? Когда вы говорите о себе как о "пуле", вы включаете себя в причинно-следственный ряд, признаете над собой власть неких неведомых вам причин, заставляющих вас что-то делать и преследовать определенные цели (цели, чем-то обусловленные – чем-то лично вам неведомым) – которые не обязательно имеют самостоятельное значение, – но значение получается лишь в качестве совокупного действия, в сумме с другими "пулями". Ваше действие – всего один из незначительных элементов достигаемого целого (другой подходящий, мне кажется, образ: шестеренка в машине). Вы говорите о том, что человек "со-участвует" в общем деле – и с человека этого достаточно, он "пуля" (шестеренка) – и в этом качестве заменим, – может быть заменен другой пулей (другой шестеренкой). – Иными словами, не обязательно требовать от Бога персональной для себя задачи (и персональной награды = "спасения"). – Не спорю, этот выбор достоин уважения. – Это предельное самоумаление, отказ от личного смысла (= "личного спасения") во имя чего-то несравненно большего, – бесконечно превышающего человека и значимость его жизни. Предполагается, что это общее есть...

Однако, чувствуете здесь нестыковку? Ведь то, о чем вы говорите, это самопожертвование – это не что иное как ваш собственный выбор. И ваши слова – это признание возможности такого выбора. И значит, вы все-таки не вполне пуля – раз способны такой выбор делать, – цель вы находите сами: просто вместо того, чтобы выбирать себе собственную цель, вы присоединяетесь к чужому выбору. Давайте присмотримся, какие здесь возможны варианты.

1) Допустим, общая цель (к которой вы присоединяетесь) умопостигаема, скажем построение коммунизма. На самом деле, если Маркс доказал, что коммунизм экономически неизбежен – почему бы не приложить усилия, чтобы его построить? Ну а если бы он доказал обратное, что будущее за социальным расизмом? Мы бы тоже ринулись ради него собой жертвовать, а? То-то и оно, что подобный выбор осуществляется не умом, – ум лишь подсказывает достижима ли цель – не будет ли жертва напрасной, – а стимулом является что-то иное. Кстати говоря, политэкономические теории, как и все прочие теории, бывают ошибочными... В любом случае, вызывают сомнения. Ум, бывает, пасует. И тогда мы осознаем, что то, что нами движет (обусловливает наши цели) – за пределами ума... (+ см. примечание ниже)

Эта цель (за пределами ума) должна быть достаточно вдохновляюща. В этой связи сравним с другим рациональным доказательством – морали, которое выдвигалось бесчисленным количеством философов: мудрый человек, де, должен следовать требованиям морали, потому что если так будут поступать все, то мир будет прекрасен :) Может быть... А если поступать так будут все, кроме меня – он будет почти столь же прекрасен (ну разве что чуток хуже:)) Ну так стоит ли мне-то стараться? Но дело в том, подсказывает житейский опыт, что будет как раз все наоборот – я буду следовать морали лишь один, а другие не будут – и я, как мудрый человек, останусь просто в дураках. Да и будет ли так прекрасен этот воображаемый мир – чтобы ради него я стал в чем-то себя ущемлять? Что-то сомнительно...

То же самое касается коммунизма – эта цель вдохновляет и кажется прекрасной, пока она содержит в себе тайну. Ну а если я наглядно представлю это хорошо устроенное общество, где у всех все есть – и никому по сути ничего не надо, – где все довольно жуют колбасу, пьют пепси, всегда вежливы и друг другу улыбаются, – я скажу себе – и что, я должен положить жизнь за этот мещанский рай?! Или пусть даже более романтично – представим коммунизм, где человек летит к далеким звездам открывать новые миры. Ну летит себе и летит... Сейчас на автомобилях ездим – потом летать будем, что дальше-то? Коммунизм неуловим для воображения – всякое конкретное представление оскверняет мечту. Мы не знаем, зачем человек в этот мир заброшен – в чем его миссия – вопрос упирается в это. И раз так – пуля, винтик или шестеренка – не те образы, которые могут подвести нас к ответу... Человек все-таки не может избежать того, чтобы ставить вопрос лично от себя – о своем человеческом назначении.

2) Другой вариант, солдат выполняет приказы генерала – которому он беспрекословно доверяет (скажем, Кургиняна). Хорошо, но генерал-то должен знать глобальные цели, или как? Таким образом, свой личный вопрос (к Богу) о смысле (и о том, что следует вам в жизни делать) вы переадресуете генералу – он-то не имеет права разделять с вами вашу богооставленность!

Но и это еще не последняя трудность. Решение о подчинении генералу (тому или иному) – это ваше личное решение. Если вы признаете за собой право и возможность осуществлять такой выбор – и считаете, что такой выбор может быть истинным или ложным, значит чувствуете себя "онтологической единицей" = вы есть = вы существуете в качестве самостоятельной "реальности" (а не просто сгустка физических молекул). Для вас имеют смысл не только причины, но и цели. Возможность верификации своих целей на истинность я и называю возможностью общения с Богом (как с тем "пространством", где обретаются личные смыслы).

3) Еще один вариант – вы "в общем потоке" – поскольку не в силах из него вынырнуть (или не в силах такое представить). "Все побежали, и я побежал". Это присоединение к массе – грубо говоря, стадный инстинкт. 20-ый век изобиловал примерами такого рода, приводить их не буду. В массе, не спорю, личные вопросы о смыслах исчезают – но остается вопрос о причинах и направлении движения человеческих масс. Если эти причины внутри самих масс – то направление понятное: "Хлеба и зрелищ!" Если причины вне масс – когда массы "оплодотворены духом" = воодушевлены идеологиями и харизматичными лидерами, – тогда вопрос: насколько истинны эти идеологии и почему я могу доверять этим лидерам. – И далее возвращаемся к пунктам 1 и 2.

4) Когда-то давно играл большое значение еще такой фактор как принадлежность к роду, потом он уступил место значительно более слабой привязанности к семье, необходимостью заботы о своих родителях и детях, зависимостью от мнения близких людей. Это почти на уровне биологического инстинкта. Едва ли это заслуживает длительного обсуждения – мы не муравьи, не пчелы и не другие коллективные насекомые. Согласитесь, принадлежность к роду, даже если вы человек патриархальных нравов, не избавит от вас от личных смысложизненных вопросов...

Итак, если даже вы отказываетесь от личной свободы воли (пуля заряжена – цели определены), от личного вопрошания о смысле жизни (= от богообщения), тогда вы должны кому-то предварительно передоверить подобное вопрошание. – Кому его передать – это опять-таки ваш выбор, и он столь же труден, как и само вопрошание. В любом случае, какой-то "критерий истины" сидит "внутри вас", – по сути же вы опять-таки должны обращаться за советом к Богу. От вопросов никак не уйти – разве если только загнав их в подсознание, спрятав их там от самого себя, – приняв за ответы наспех то, что ими представляется.

Любое осознание смысла жизни (выходящего за пределы человеческой жизни) воспринимается человеком как "личное спасение" в самом прямом смысле слова, – поскольку является приобщением к вечности, включением в вечность. Конечно, оно может переживаться по разному – в зависимости от того, как этот смысл постигается и что за ним. И в зависимости от этого оно может быть "истинным" или "ложным". Ставлю эти слова в кавычки, поскольку едва ли нам дано об этом (вообще говоря) судить. Рискну лишь предположить, что шаблонный ответ, зачитанный по подсунутой кем-то шпаргалке, едва ли подойдет к решению именно вашей смысложизненной задачи :)

Одного принципиального "наличия смысла" (о котором вы пишите) недостаточно – остается еще вопрос об истинности данного смысла.

Что такое "наличие смысла"? Каким образом смысл к вам приходит (неважно, "понимаете" вы его или только "чувствуете", – понимание никогда не бывает полным, мы не боги)? Если вы получаете его не "свыше", а от другого человека ("я просто ему доверяю"), то на каком основании вы доверяете этому самому человеку? Ведь вопрос о таком доверии, которое касается отнюдь не житейских дел – а предельных смыслов. (Это не тот случай, когда практичный добропорядочный сосед окажется непременно заслуживающим доверия.) Так, повторяю, на каком основании? От кого другого, кроме Бога, вы можете ожидать в таком деле совета?

Говоря о Боге-Сыне, я имею в виду под ним то "пространство", в которое вы входите со своими предельными вопросами. Вопрос – не религиозный, а онтологический: существуете ли вы в качестве "реальности", – носят ли ваши смысложизненные вопросы психологический – или все-таки какой-то онтологический характер? Имеете ли вы как человек какой-то онтологический статус – или представляете из себя только атомы, молекулы, физические поля, и не более того...

Соглашаясь на то, что предельные смыслы вашего существования определяются – неведомым вам образом – физикой, психологией, иерархией (в которую вы включены), массой (внутри которой плывете) и т.п., – отказываясь от личных вопросов Богу, – вы отказываетесь тем самым от себя... Впрочем, это простительно, пока у вас таких вопросов не появилось – до тех пор вас не существует, так же, впрочем, как не существует (для вас) и самого Бога = того "пространства", в которое вы должны адресовать свои вопросы – ведь нет вопросов-то!

Когда атеист говорит "Бога нет" – не надо с этим спорить, он знает о чем говорит, это правда! А вот когда религиозный человек говорит "Бог есть" – это, знаете, большой вопрос, что он под этим имеет в виду, – очень даже возможно, одни свои пошлые суеверия...

За убежденностью атеиста нередко кроется вызов Богу – попытка вызвать его на диалог, попытка одолеть свою богооставленность. – Но гораздо чаще за убежденностью записных "христиан" – и их "праведностью" – скрывается абсолютная духовная неподвижность, мертвечина.

Дополнение 03.07.2011:

Твоя траектория или твоя миссия? или по-другому, Миссия осуществима?

...В вашем образе "пули" есть большая доля истины: раз всякое теоретическое знание, которого может достичь или вместить человек, ущербно – бесконечно далеко от истины (мы не способны объять разумом мир) – человек и впрямь похож на безмозглую пулю. И тем не менее он способен выбирать себе путь – руководствуясь "практической интуицией", или, по Канту, "способностью суждения".

Поскольку теоретическое знание – хоть как – не является ни достаточно полным, ни достаточно "императивным" для того, чтобы человек мог полагаться на него в практической деятельности (см. выше), Кант исходит из "примата практического разума" (над теоретическим). Вот что пишет об этом А. Гулыга: «Предмет практического разума – высшее благо, обнаружение и осуществление того, что нужно для свободы человека. Главное – поведение; вначале дело, знание потом. Философия вырывается здесь из плена умозрительных конструкций, вступает в сферу практической деятельности», «Чтобы быть честными и добрыми и даже мудрыми и добродетельными, мы не нуждаемся ни в какой науке и философии.» И кажется, мы говорим с Кантом об одном и том же?

Но нет, всякая рациональная философия – хоть материалистическая, хоть идеалистическая (философия Канта, в частности) – обращаясь к "разуму как таковому" – "человека как такового", – исключает тем самым возможность отдельной миссии человека – "своего, личного пути". Иными словами, она не может не являться фиксацией богооставленности.

Источник "практического разума" Канта – во вполне себе автономной "доброй воле" – к ней и сводится кантовский "Бог". Там же, у А. Гулыги читаем: «Вера в Бога для него – это моральная убежденность, способность всегда и везде следовать долгу. И сама философия имеет смысл лишь постольку, поскольку она служит воспитанию человека.»

Сравним рациональную философию с религиозным "опытом богообщения". Да, интуиция интуицией – но есть настолько непростые вопросы, когда "врожденная интуиция" молчит, и теория тоже молчит. В такие моменты религиозный человек обращается в молитве за советом к Богу... Так вот, речь идет именно об этой самой "практике"! Если я "принимаю себя всерьез" – мыслю себя "онтологической единицей" – тогда я должен принимать всерьез и "пространство", в которое я вхожу со своими личными вопросами, – иными словами, Бога, которому есть лично до меня дело, – возможность вопрошания к нему, – и возможность для меня слышать его ответы.

У Канта "практический разум" отличается от врожденной "доброй воли" (по нашему "совести") степенью проясненности, очистки – в том и заключается (по Канту) одна из главнейших задач философии, чтобы произвести такую очистку. Пожалуй, я с этим даже согласен: вывод ума из того взболтанного состояния, в котором он обычно у всех нас находится, приведение его в ясное и спокойное состояние позволяет лучше слышать "музыку сфер" – обращенный к человеку "голос Бога". Однако, я не хочу на этом останавливаться. Я настаиваю на возможности не просто слушать – но настойчиво вопрошать к Богу. (Так же как ученый-естествоиспытатель, физик вопрошает к природе – посредством своих опытов.)

У Канта человек управляется автономной "доброй волей" – аналогично тому как пуля – причинными зависимостями, "законами природы". Иными словами, есть моё отдельное "я" (пусть даже содержащее внутри себя потенциально всю априорную бесконечность декартовского субъекта) – и есть мое "локальное окружение", и под воздействием этих двух факторов я выстраиваю свою "жизненную траекторию". О чем я говорю: будешь ли ты выстраивать всего-лишь "траекторию" – или сможешь превратить ее в "миссию" – это зависит от того, хватит ли у тебя силы духа, чтобы вопрошать Бога, и чуткости, чтобы услышать его ответы – не отмахнуться от них. "Быть", состояться в качестве человека – это значит следовать своей миссии.

В физике есть образы "близкодействующих сил" – и "дальнодействующих". Так вот, любая рациональная философия (идеалистическая, материалистическая или дуалистическая, неважно) исходит из того, что есть "человек" – как "нечто" (данность субъекта и/или объекта, идеального и/или материального), движущееся в поле "близкодействующих сил". Иными словами, человек по сути "локален" – и если он вовлекается в игру каких-то "высших сил", то помимо его воли (образ пули или шестеренки). В отличие от нее, религиозная практика подразумевает возможность "дальних взаимодействий" – даже не пространственно дальних – а сверхпространственно, – взаимодействия с трансцендентным пространству и миру Богом = возможность взаимного общения с "пространством личных смыслов", – и получения "практических императивов" оттуда. Вопрос о том, как относиться к такой практике – как к области суеверий, свойственной религиозным людям, – или мы способны "изъять" этот вид практики из чисто религиозной сферы (поскольку мы желаем из нее выйти) – и допустить для себя такую возможность (и даже необходимость).

Между прочим, будучи последовательным, нельзя исключать получения от Бога не только "практических императивов", но и практической помощи... Впрочем, я не собираюсь здесь развивать эту тему :)

Постойте, постойте, Андрей Колчанов – а разве та ограниченность рациональной философии – о которой вы здесь говорили – не должна относиться и к вашему собственному здесь философствованию? Разве все сказанное здесь – иррационально? Разве вы не обращаетесь к "разуму как таковому" – "человека как такового"? И да – и нет. Для тех, кого я хотел бы видеть своим читателем, все сказанное – вполне "рацио", для прочих – иррациональный бред. Рацио или не рацио (внутри ума или вне его) – зависит от "содержания ума".

Напомню (я уже не раз об этом говорил), я обращаюсь далеко не ко всем, – в общем-то к немногим, к "элите" (что и является моим определением "элиты"). – Не потому что я сноб и не хочу иметь дело с "массой" – а потому что реально поймут немногие, – да ведь на самом деле так оно и получается! Если бы я вел здесь, например, уроки Фотошопа, к этому времени читателей у блога было бы уже как минимум раз в сто больше :))) Чтобы понять – ты должен вступить на собственный путь, озадачиться личными вопросами, миссией – должен ощутить себя реальной, онтологической единицей... Остальные увидят здесь, в лучшем случае, лишь примитивную логическую схему. Да и пусть, и оно полезно, это послужит распространению "знания" – и позволит ему достичь тех, кого я смогу без обиняков назвать своими единомышленниками. Другое дело, что в конце концов поверхностные логики, как водится, одержат победу, превратят все в чисто умозрительное (доступное всем и каждому) построение – исключающее того уникального человека – с его поисками смысла, – к которому все это было изначально обращено, и без которого всё это смысла будет лишено напрочь. (Уж таков их обычай – вместо того, чтобы дотягиваться до планки, они просто "опускают" её до своего уровня :)) И тогда то же самое кому-то придется вновь излагать "своими словами" – и на совсем другом языке :(

Дополнение 04.07.2011:

Короткий анекдот (из Твиттера):

"Случай в раю: – Господь, к Вам атеисты. – Пepeдайте им, что меня нет"

Дополнение 11.07.2011:

Знания не задают целей

В дополнение к сказанному. Маркс доказал, что капитализм обречен (можно было бы с этим поспорить, но допустим). Я знаю людей (и искренне их уважаю) свято верящих в то, что узнав это, поняв, прочувствовав, человек вынужден будет полностью поменять свой образ мысли, жизни, – и направит всю свою энергию на то, чтобы быстрее капитализм повалить ("фазовый переход" в пределах человеческого мозга). О, если бы так!

Капитализм когда-то погибнет – и что? Что из этого следует? Что я должен изменить свою жизнь? Да всякий из нас в один прекрасный момент узнаёт, что когда-то он обязательно умрет – и это так мало влияет на его жизнь! В очень-очень редких случаях! (Мне нужен именно такой читатель – из "редких".)

Дать капитализму пинок под зад – не вдохновляет... Вдохновляет то, что будет построено вслед за этим, "предчувствие" этого... Аналогично – знание о личной смерти ничего не меняет в жизни, – но меняет жизнь осознание проблемы смерти.

Вдохновение – в глубинах "божественного мрака", в "катакомбах" Логоса – в том, что невозможно (словами) высказать.

Дополнение 17.07.2011:

Бог живой - и Бог мертвый

Вы думаете, с кем я здесь (в этом блоге) обсуждаю вопросы христианской догматики? С атеистами! К корням и основным догматам своей веры "христиане" (с которыми я знаком) совершенно безразличны! – а также, как будто, и к смысложизненным поискам – и даже к богообщению (которое, впрочем, и есть поиски смысла). Ничто их не интересует меньше, чем "краеугольные камни". От догматических споров, которые поддерживали огонь веры на протяжении двух тысячелетий, они далеки бесконечно! Что занимает умы "христиан"? Ничего, кроме праздников, постов, правильности исполнения обрядов и взаимоприятного общения!

Отрицающий Бога – взывает к нему. – Ему нужен живой Бог – или иначе не надо никакого! А "христиан", похоже, устраивает Бог мертвый. Они говорят, оставьте нас, и дайте нам приносить поклоны на Его могиле...

Ницше сказал "Бог умер" – Ницше был одним из немногих, отчаянно ищущих живого Бога. Христиане говорят "Христос воскрес" – но как видно, для большинства из них это не более чем приветствие.

Словно и не было Христа – правят бал книжники, законники и фарисеи.

список
обновления
Следите за обновлениями сайта:
 Feedburner Рассылка
 ВКонтакте