Колчанов.ru
RussianEnglish
Блог Главная статья   |   О блоге   |   Обо мне   |   О тебе, читатель   |   Советский народ   |   Список статей   |   Ссылки   |   Контакт   |   RSS  Лента RSS [Feedburner]

09.11.2010

последняя правка 15.11.2010

Вопрос о государственном устройстве

>  «Андрей, почему ты все время говоришь о "коммунизме"? Это слишком категорично. Сказал бы просто, экономика с большой долей государственной собственности, мощной системой государственной поддержки бизнеса, защита национального хозяйства от разрушительных вторжений глобального рынка, плюс развитая система социальных гарантий (как обеспечение равенства). Я же вижу, ты не фанатик, и совсем не предлагаешь дойти до предельного воплощения коммунистического принципа, вплоть до отмены частной собственности, денег и государства»

Да, не предлагаю. А почему о "коммунизме", – тому причины две. Первая – элементарная интеллектуальная честность, – иными словами, связность исторического мышления; вторая – вопрос стоит не столько о системе хозяйства, сколько о том, под чьим руководством эта система будет строиться. Теперь подробнее.

Первая причина – связность мышления

Если вы позаимствовали где-то мысль, признайте это. Иначе получается свинство – пересказать идею своими словами, взять на вооружение, – исходную идею и ее авторов поливать грязью, а успех приписывать себе. Даже если, допустим, вы пришли к той же идее своим путем, размышляя и пробуя, вряд ли будет правильно забыть тех, кто думал о том же. А главное, мы, русские, от такой забывчивости теряем связность своей истории.

Идея социального равенства живет в человеческом обществе с незапамятных времен, а теория коммунизма, например марксизм, – всего лишь наиболее последовательное, предельное и ясное выражение этой идеи в определенных проекциях (марксизм – в более, скажем так, экономической проекции). Думать о реализации равенства, допускать его, и отвергать "коммунизм" как порочный принцип, прямо скажем, некорректно. Запад предпочитал в своё время приручать капитализм мягко, помалкивая о равенстве, о коммунизме. Но ему приходилось это делать, вынужденно, лукаво, – поскольку перед глазами был пример СССР, надо было составить СССР альтернативу, – однако теперь и Западу притворяться без надобности. У нас это тем более не прокатит, по ряду причин. Наш вариант будет более жестким и, это верное слово, более "категоричным".

Разумеется, в реальном мире ни одна из идей не воплощается НИКОГДА в ее абстрактной и полной чистоте. Абсолютно ВСЕ физические категории ("вакуум", "идеальный газ", "замкнутая система", "абсолютно черное тело", и т.д.) – не более чем предельные абстракции. Но это еще не причина считать их порочными.

И это не весть какое открытие, – сказать, что идея неверна, поскольку она требует от реальности того, чего никогда в реальности не бывает и быть не может. Этак ведь никакая идея не верна. Нельзя обвинять идею в максимализме, – любая идея по самой своей природе "не от мира сего". Да что говорить про теории – даже создания модельеров не спускаются с высоких подиумов в реальный мир как есть, в первозданном виде, – все они прежде сильно "обмирщаются".

Склонность видеть реальность "через призму идеи", рассматривать ее как арену для идеального во-площения (превращения идеи "в плоть"), идейный фанатизм – свойство всякого творческого мышления, – оно всегда тоталитарно. Маркс смотрел на мир "через призму" отчуждения, Гегель – абсолютного духа, Фрейд – бессознательного, Пикассо – "кубизма", Дарвин – естественного отбора. И, призна́ем, от этого тоталитаризма идеи до тоталитаризма в общепринятом малоприятном смысле – рукой подать. Нет ничего опаснее, чем позволить творческому человеку, в стадии одержимости идеей, властвовать. Он стремится переделать мир под эту идею, – а все прочие, конкурирующие идеи, представляются ему бредом, который надо "стереть" (да и их приверженцев тоже), – так же, как вытирают на доске начерченное на ней мелом неверное математическое решение.

Нам еще повезло, что Ленин или Сталин – не столько теоретики, сколько люди практического ума. Их стремление подвести реальность под идею ограничивалось внутренней цензурой здравого смысла. В сравнении с ними наши нынешние "рыночники" – просто бешеные, кажется, реальности они вовсе не чувствуют. – Хотя, не скажешь же, что они люди творческие. Да, совсем не творческие, но зато какие восприимчивые – само воплощение "классового инстинкта".

Вторая причина – власть и доминирующая идея

Мы не можем сглаживать вопрос, избегая использования неудобного термина "коммунизм", – а должны его, напротив, "заострить", – поставить предельно честно и четко. И не только потому, что этот "термин" имеет слишком непосредственное отношение к нашей истории, и заныкать не получится, – какие бы обороты речи мы не использовали, а прояснить этот термин в его отношении к нашей новой реальности все равно придется.

Здесь я повторюсь – "коммунизм", по сути, не только не сводим к системе хозяйствования, но, более того, экономическое измерение в нем вообще не главное. Идея коммунизма это задание направления для поиска смысла жизни, – пути человеческого самоутверждения, – а именно, отсечение как негодного способа самоутверждения через имущество, богатство и власть. Коммунизм заявляет: "достоинство" человека – не в этом.

Поэтому коммунизм плохо уживается в одном обществе или государстве с частной собственностью ("капитализмом"). Приверженцы этих идей, а правильнее сказать, способов "измерения" реальности и человеческих достоинств, – антагонисты, они "не любят друг друга". Это создает в обществе опасную поляризацию, каждая из сторон старается переделать законы и перестроить общественное сознание под себя.

В небольших странах, типа Финляндии, причин для сильной поляризации, да и самой нужды в значительной доле общественной собствености, по-видимому нет – потенциальные конфликты улаживаются на стадии зарождения, "по-семейному". По-видимому, они даже в полной мере не осознаются, – там лишь улыбаются, наблюдая за нашим здешним накалом страстей. В странах с сильным традиционным мышлением и социальной "включенностью" человека, таких как Китай, проблема тоже остается (до поры) в "дремлющем" состоянии.

А в нашем случае недомолвки чреваты... Если мы отказываемся от теоретического заострения этого вопроса, и поиска решения, он непременно будет "заострён" практически, – например, в форме гражданской войны.

Поэтому проблема должна быть в обществе поставлена, осмыслена, и результатом этого должно стать выработка общенационального решения, – соответствующего интересам общества в целом. Согласитесь, нелепо с оружием в руках отстаивать то, что безусловно выгодно всем (или подавляющему большинству), – и лишь потому, что мы не не успели это вовремя в обществе понять, растолковать, не сумели донести это понимание до большинства. Поэтому я говорю не об идеологии, а именно об объединяющей национальной идее. – Даже отдельному человеку обидно страдать из-за своей глупости, – из-за того, что он мог бы предотвратить, лишь слегка подумав.

В частности, должен быть решен вопрос доминирования, – две враждебные идеи не могут быть в равных правах, – иначе они разорвут общество. И раз так, я убежден, доминировать должна именно коммунистическая (а не частнособственническая) идея, хотя бы потому, что она по самому своему смыслу исходит из общего (а не частного) интереса.

И если мы согласимся с этим, мы должны будем задуматься о том, какое государственное устройство гарантировало бы устойчивость такого доминирования, а также разумный (и эффективный) компромисс с сектором экономики (а также человеческого мышления и интересов), ориентированным на частную собственность.

Такова формулировка проблемы.

список
обновления
Следите за обновлениями сайта:
 Feedburner